Вербин О.Г. Музею – 20 лет

В этой статье я воспользуюсь возможностью и расскажу о своем, может быть иногда субъективном, взгляде на рождение музея. Надеюсь, что имею на это право, все-таки я проработал в нем немало лет…

Вчерашние выпускники школ, мы, студенты истфака Мурманского государственного педагогического института, затаив дыхание, соприкасались с миром истории, с трепетом слушали ученых, которые творили историческую науку. Незабываемыми оказались лекции наших преподавателей О.Ю. Климова, А.В. Воронина, А.А. Киселева, Ю.А. Трошина. Особенно все любили занятия патриарха краеведения Кольского края – Ивана Федоровича Ушакова. Именно он показал нам, как краеведение может и должно быть настоящей исторической наукой, сколь безбрежен процесс познания местной, да и любой другой, истории. И все же прикосновение к науке в институте обладало аурой какой-то отдаленности, как бы через кафедру.

С окончанием института, казалось, что этот чудесный и богатый мир стал отдаляться. Чувствовалось, что повседневность и обыденность со временем могут стать непреодолимой стеной и соприкасаться с этим миром вновь удастся только эпизодически и очень нечасто. Но в 1997 г. в Полярном было решено создать музей.

Музей! Не просто комнату боевой славы или общественный музей при каком-либо предприятии или учреждении, а настоящий историко-краеведческий музей для всего города, без деления по служебным ведомствам. Музей, который может открыть двери в мир науки и искусства. Когда в моей квартире раздался телефонный звонок и последовало предложение работать в музее, мой ответ был заранее предрешен…

Город с такой богатой историей и культурной традицией, как Полярный, давно заслуживал право создать свой дом муз. Но такая возможность появилась лишь после того, как Полярный получил статус ЗАТО. Главную роль в принятии решения о создании музея сыграли глава администрации ЗАТО г. Полярный Петр Семенович Любимников и начальник отдела культуры Татьяна Николаевна Коряковская.

Для этой цели было решено отремонтировать здание на ул. Моисеева, заброшенное и выглядящее весьма печально. Не украшали город и располагавшиеся рядом руины трагически сгоревшего ДОФа. Весь этот район нужно было приводить в порядок, тем более что близилось 100-летие города.

Задача казалась трудновыполнимой – создать музей на пустом месте, без фондов, без коллектива не то что единомышленников – без специалистов, да еще в здании, подлежащем ремонту, который может и затянуться! И открыть экспозиционные залы нужно было через полтора года – к городскому столетнему юбилею! Согласно задаче, нужно было выбрать директора музея, и выбор руководства города остановился на кандидатуре Галины Тимофеевны Лагуновой. Это человек, который всей душой любил и любит Полярный, уже давно изучал его историю, имел опыт музейной деятельности, но главное – это была энергичная, страстная и подчастую бескомпромиссная женщина, полная энтузиазма и огня. Именно такой человек мог выполнить непосильную для других задачу.

Не знаю, чего тут было больше – филигранного расчета или риска, ведь никто не представлял себе, как именно нужно создавать музей, да и Галина Тимофеевна не обладала опытом руководства учреждением. Но решение о ее назначении оказалось единственно верным. Убежден, что организовать НАСТОЯЩИЙ музей в таких сложнейших условиях смогла бы только она.

Достойно восхищения, что Г. Лагунова сразу принялась ставить музей на солидные рельсы культурно-научного учреждения. Никаких отговорок о том, что нет ни опыта, ни знаний, ни структуры, ни экспонатов! Знания нужно было приобрести, опыт – накопить, структуру – создать, а экспонаты – найти! Именно в этом залог дальнейшего успешного развития музея. Пойди Галина Тимофеевна тогда на компромисс и разреши накапливать фонды без должного учета и изучения предметов, а экспозицию создавать без четкой концепции, не стали бы мы тем учреждением, которое заслужило уважение в области. Да, мы не обладали опытом, делали ошибки, спорили, нам не хватало средств для претворения всех задумок, но уровень задач был сразу поставлен на очень высокий уровень. Галина Тимофеевна умела видеть цель, для многих невидимую и потому непонятную, и вести музей к ней, несмотря на все сложности, а подчастую и скепсис окружающих. Целью этой было – создание музея, который бы соответствовал истории Полярного.

Работа по созданию музея была нелегкой. Ничего не давалось просто, даром, легко. За каждой вехой создания музея стояли трудности. Коллектив создавался тоже тяжело. На работу в музей приходило много случайных людей, для которых это учреждение казалось местом отдыха, где можно в тишине и покое выработать себе трудовой стаж… Но люди равнодушные, ленивые или просто не умеющие осознать функций музея, долго здесь не задерживались. Текучка кадров была приличная. Лишь постепенно, путем многократного отсева, удалось собрать группу, которая смогла решить главную задачу – собрать материал и создать экспозицию.

Музейные предметы собирались по крохам. Помню бесконечные хождения по старожилам и ветеранам города с просьбами помочь в создании музея. А сколько было написано открыток-обращений к ветеранам, живущим за пределами Полярного! Несколько сотен. И все они писались двумя людьми и от руки! И не было уверенности, что нам помогут. Через какое-то время стали приходить ответы. Кто-то сразу присылал фотографии, вырезки. Кто-то вступал в переписку. Очень существенной оказалась помощь Алексея Евгеньевича Сузюмова – сына ветерана, служившего в нашем крае в годы войны. Именно с его помощью удалось попасть в программу ЮНЕСКО и закупить чучела животных и птиц…

Очень важным шагом в сборе материала были поездки (экспедициями их назвать сложно, да мы по сути и не знали тогда, что такое настоящая экспедиция) по Кандалакшскому и Мурманскому берегам. Именно тогда сформировалась основная часть этнографической коллекции. Оказалось, что у поморов, живущих на этих берегах, сохранилась масса вещей быта и промысла, которые переходят из поколения в поколение.

Не менее важным были заказ и закупка в архивах Петербурга и Архангельска копий материалов по истории Екатерининской гавани и г. Александровска. Непосредственно музейной ценности в этих копиях мало (ведь это всего лишь копии), однако та информация, которую удалось получить из этих документов, сразу дала ответы на множество вопросов, кажущиеся нам тогда спорными… И поставила массу новых, более сложных вопросов. Так оно и бывает: после решения одних задач, им на смену приходят другие…

Очень важным была помощь со стороны Кольской археологической экспедиции и ее руководителя Владимира Яковлевича Шумкина. Узнав, что в Полярном создается музей и намечается перспектива исследования Кольского Оленеостровского могильника, археологи передали в дар музею коллекцию предметов, раскопанных в восточной части Мурманского берега. В дальнейшем это сотрудничество с археологами, переросшее в дружбу, принесет еще более богатые плоды…

Нельзя не отметить помощь наших мурманских коллег. Музейщики областного краеведческого и областного художественного музеев помогали советами в деле правильной организации учета, в поиске необходимых контактов, в разрешении различных оргвопросов, музей Северного флота консультировал по вопросам истории Великой Отечественной войны на Севере, а музей ПИНРО, в лице Татьяны Ефимовны Пашковой очень помог в оформлении так называемого «сухого аквариума».

Поначалу мы ютились в квартире на первом этаже второго подъезда дома № 1 на ул. Душенова – в здании музея полным ходом шел ремонт. Здесь, на квартире, печатались документы, хранились и регистрировались музейные предметы, проводились совещания… Но однажды сосед со второго этажа устроил потоп и подверг угрозе уничтожения собранные с таким трудом музейные предметы. Галина Тимофеевна со всей решительностью дала отмашку на переезд.

И вот мы, со своим накопленным скарбом «вселились» в дом на ул. Моисеева. Тут уже было отремонтировано несколько комнат, подключено водоснабжение и отопление. Правда, добираться до этих чистеньких комнаток приходилось через ведра, молотки и брусья, протискиваясь мимо стремянок, на которых работали маляры. Это воспринималось весело – мы наконец-то въехали в наш музей!

Мы работали в постоянном цейтноте и, как это ведется, с острым недостатком средств. Музей уже был принят на баланс администрации, символический ключ от помещения (он хранится в наших фондах) был торжественно вручен директору. Залы были готовы к оформлению экспозиций, но не было оборудования. Не станешь же клеить фотографии и карты прямо на стены, а объемные вещи ставить на пол!..

Не все это понимали. С приближением лета 1999 г. давление на директора нарастало. Чтобы доказать, что музей способен решать свои задачи, была организована выставка работ Шигонцева В.К., работавшего в технике маркетри. Это была первая музейная выставка. Рамки с работами вешали прямо на гвозди, которые вколачивались в стены, ведь никаких других держателей для рамок тогда не было! Но постоянную экспозицию при помощи одних гвоздей не построишь…

Однажды, когда я в очередной раз перекладывал «добычу» — принятые на постоянное хранение в фонды музея документы и фотографии, в фондохранилище вошел П. Любимников. Видимо, он, как и многие другие, не понимал – почему в музее до сих пор не выстраивается выставка? Он спросил, хватает ли экспонатов для открытия музея? На утвердительный ответ задал вопрос: «А почему до сих пор не видно результатов работы в залах?» Вообще-то настрой у главы администрации был довольно грозный и не предвещал ничего хорошего. Я ответил, что до сих пор нет ни рамок, ни стендов, ни витрин, а экспозицию без этого создать невозможно. Он, больше ни слова ни говоря, поднялся к директору. Я думал, что между ними состоится неприятный разговор, но Галина Тимофеевна, после встречи с  Любимниковым, выглядела воодушевленной и радостной. Оказалось, что в ходе разговора удалось решить многие вопросы по выделению средств на оборудование экспозиционных залов.

После этого в музей стали поступать рамки, мы сами мастерили какие-то подставки из дерева и фанеры, но витрин и шкафов все не было… Они были привезены лишь недели за три до открытия и оказались весьма несовершенными. Однако приходилось довольствоваться тем, что было под руками.

Начался один из самых интересных этапов в музейной деятельности – создание экспозиции. Собранные экспонаты нужно было разместить по определенному плану. За недостатком материала и оборудования было решено открыть только два зала из четырех. Но и тут работы хватало. В последние две недели мы работали с утра допоздна, иногда уходя домой в 2-3 часа ночи (благо стоял солнечный круглосуточный полярный день). Экспозиция рождалась в спорах, иногда острых. Но в целом все шло по намеченному руслу. Как это всегда делается в таких случаях, последние точки над i ставились в ночь перед днем открытия…

24 июля 1999 г. в городе состоялось много мероприятий – 100-летие города праздновалось широко. Но для музейных сотрудников главным и единственным праздником в этот день было открытие музея для посетителей. Перед открытием состоялось его освящение настоятелем Никольского храма г. Полярного отцом Игорем. Затем были произнесены торжественные слова, перерезана ленточка… В музей хлынул поток гостей. Мы, «музейщики», сперва были несколько растеряны таким наплывом посетителей. Директор Г. Лагунова сумела провести короткую экскурсию по двум залам. Учреждение вступило в новую эпоху…

Музей – место притяжения творческих, даровитых людей самых различных интересов. Это окно в мир науки и искусства, открытое для всех посетителей, а его сотрудники имеют возможность непосредственно окунуться в этот мир. Сколько ученых, художников, писателей и людей, творивших историю прошло через городской храм муз за эти 20 лет! И со всеми можно было пообщаться непосредственно, получить от них информацию или материалы, которые вскоре станут объектами исследования,  восхищения или просто интереса для жителей города. Музей, как институт, впитывающий в себя опыт предков, генерирует этот опыт на сегодняшнее поколение и становится одним из мощнейших организаторов городского культурного пространства. Город, имеющий свой музей, воспринимается и осознается его жителями и гостями совсем иначе, чем если бы его не было – глубже, проникновеннее, уважительнее.

Музей Полярного, конечно же, не имеет ни высококлассных научных или художественных коллекций, да и возраст его всего лишь 20 лет. 20 лет для музея – это даже не юность, это раннее детство, поэтому перед сотрудниками стоят задачи дальнейшего развития, пополнения коллекций, их полноценного научного изучения, улучшения экспозиции, технологичности оборудования и т.д. и т.п. Но можно с уверенностью сказать: музей в городе состоялся и успешно работает.

гл. хранитель городского историко-краеведческого музея г. Полярного

Вербин О.Г.

октябрь 2017